Для тех, кто только начал учить английский
|
 |
|
Страница 8 из 19
|
At last the act came to an end. The curtain fell, and the people around him began to leave their places, for the interval. It was only natural that he should follow their example; and if he did so, it was not only natural but necessary that he should pass immediately in front of the box in question. Summoning all his courage, but keeping his eyes lowered, Francis drew near the spot. His progress was slow, for the old gentleman before him moved with incredible deliberation, wheezing as he went.
|
оглавление
Наконец акт подошёл к концу. Занавес упал, и люди вокруг него начали уходить со своих мест на антракт. Было только естественно, чтобы он последовал из примеру, а если он сделает так, будет не только естественно, но и необходимо, чтобы он прошёл прямо перед этой ложей. Собрав всё своё мужество, но держа глаза опущенными, Фрэнсис приблизился к этому месту. Его продвижение было медленным, так как старый господин перед ним двигался с невероятной медлительностью, тяжело дыша на ходу.
|
| What was he to do? Should he address the Vandeleurs by name as he went by? Should he take the flower from his button-hole and throw it into the box? Should he raise his face and direct one long and affectionate look upon the lady who was either his sister or his betrothed? As he found himself thus struggling among so many alternatives, he had a vision of his old equable existence in the bank, and was assailed by a thought of regret for the past. |
Что он должен был делать? Должен ли он обратиться к Венделерам по имени, когда будет идти мимо? Должен ли он вынуть цветок из петлицы и бросить его в ложу? Должен ли он поднять лицо и направить долгий и нежный взгляд на женщину, которая была либо его сестрой, либо суженой? Когда он оказался перед такой проблемой выбора, он представил себе своё прежнее спокойное существование в банке, и его охватило сожаление о прошлом.
|
|
By this time he had arrived directly opposite the box; and although he was still undetermined what to do or whether to do anything, he turned his head and lifted his eyes. No sooner had he done so than he uttered a cry of disappointment and remained rooted to the spot. The box was empty. During his slow advance Mr. Vandeleur and his daughter had quietly slipped away.
|
К этому времени он дошёл прямо до ложи, и хотя он всё ещё не решил, что делать и делать ли что-либо, он повернул голову и поднял глаза. Как только он сделал это, он издал возглас разочарования и остановился прикованный к месту. Ложа была пуста. Во время его медленного продвижения мистер Венделер и его дочь тихо ускользнули.
|
| A polite person in his rear reminded him that he was stopping the path; and he moved on again with mechanical footsteps, and suffered the crowd to carry him unresisting out of the theatre. Once in the street, the pressure ceasing, he came to a halt, and the cool night air speedily restored him to the possession of his faculties. He was surprised to find that his head ached violently, and that he remembered not one word of the two acts which he had witnessed. As the excitement wore away, it was succeeded by an overweening appetite for sleep, and he hailed a cab and drove to his lodging in a state of extreme exhaustion and some disgust of life. |
Какой-то вежливый человек позади его напомнил ему, что он загораживает дорогу, и он машинально двинулся дальше, и позволил толпе вынести его, не сопротивляющегося, из театра. Как только он оказался на улице, а давка прекратилась, он остановился, и прохладный ночной воздух быстро вернул ему самообладание. Он бвл удивлён обнаружить, что голова его страшно болела, и что он не запомнил ни единого слова из двух актов, которые посмотрел. Когда возбуждение прошло, за ним последовала непреодолимая сонливость, и он позвал экипаж и поехал к своему дому в состоянии крайнего изнеможения и некоторого отвращения к жизни.
|
|
Next morning he lay in wait for Miss Vandeleur on her road to market, and by eight o'clock beheld her stepping down a lane. She was simply, and even poorly, attired; but in the carriage of her head and body there was something flexible and noble that would have lent distinction to the meanest toilette. Even her basket, so aptly did she carry it, became her like an ornament. It seemed to Francis, as he slipped into a doorway, that the sunshine followed and the shadows fled before her as she walked; and he was conscious, for the first time, of a bird singing in a cage above the lane.
|
На следующее утро он караулил мисс Венделер по пути на рынок, и к восьми часам увидел её, шагающую по улице. Она была просто и даже бедно одета, но в посадке её головы и в осанке её тела было что-то гибкое и благородное, что придало бы значительности и самому невзрачному туалету. Даже её корзинка, так изящно она её несла, шла ей, словно украшение. Фрэнсису показалось, когда он скользнул в дверной проём, что солнечый свет следовал за ней, а тени бежали впереди, когда она шла, и он заметил впервые, что где-то наверху в клетке поёт птица.
|
|
He suffered her to pass the doorway, and then, coming forth once more, addressed her by name from behind.
"Miss Vandeleur," said he.
She turned and, when she saw who he was, became deadly pale.
"Pardon me," he continued; "Heaven knows I had no will to startle you; and, indeed, there should be nothing startling in the presence of one who wishes you so well as I do. And, believe me, I am acting rather from necessity than choice. We have many things in common, and I am sadly in the dark. There is much that I should be doing, and my hands are tied. I do not know even what to feel, nor who are my friends and enemies."
|
Он позволил ей пройти в дверной проём, и затем, выйдя снова, окликнул её по имени сзади.
"Мисс Венделер," сказал он.
Она обернулась и, когда увидела, кто это, стала смертельно бледной.
"Простите меня," продолжил он, "Небо знает - я не имел намерения напугать Вас, и, правду сказать, не должно быть ничего пугающего в присутствии того, кто желает Вам столько добра, сколько я. И, поверьте мне, я действую скорее по необходимости, чем из выбора. У нас много общего, а я, к сожалению, пребываю в неведении. Есть многое, что я должен сделать, и мои руки связаны. Я не знаю даже, что чувствовать и кто мои друзья и враги."
|
|
|
|
